Cайт
Объединенной Демократической оппозиции Туркменистана (ОДОТ)
Эркин Туркменистан (Свободный Туркменистан)
Рубрики:

***

Краткая справка о туркменистане:
  • Территория: 488,1 кв.км (С юга на север - 650 км, с запада на восток - 1100 км).
  • Население: 4,350 млн. 80 % - туркмены
  • Религия - ислам (сунниты)
  • День независимости: 27 октября (1991 г.)
  • Форма правления: президентская республика
  • Правитель - Гурбангулы Бердымухаммедов, 2007-...
  • Государственный язык: туркменский
  • Столица: Ашгабат (540 тыс. чел.)
  • Денежная единица - с ноября 1993 года манат (курс: 1 USD = 14250).

***



Рейтинг@Mail.ru


Буркут-баба и Вызыватели дождя
Хроники, часть 2

Буркут-баба и Вызыватели дождя

 

Основная часть территории Туркменистана, как и ряда сопредельных регионов, входит в так называемую аридную зону, то есть зону с засушливым климатом. Земледелие здесь практически невозможно без искусственного орошения, скотоводство также зависит от количества и частоты природных осадков. Поэтому с древнейших времён проблема поливной воды стояла здесь на первом месте.

Те из занимающихся земледелием, кто расселялся вблизи от малочисленных основных источников орошения – рек Аму-Дерьи, Мургаба и Теджена (с разветвлённой системой каналов) и даже их более мелких собратьев – Атрека, Сумбара, Чандыра, Алтыяба, Секизяба и других, а также подгорной сети подземных каналов-кярикзов, несмотря на тяжелый труд, связанный с должным содержанием оросительной системы, всё же, в известной степени, были обеспечены водой. И, тем, не менее, воды кяризов и мелких источников в наиболее жаркие периоды всё равно не хватало. Это порой приводило к острым конфликтам между пользователями тем или иным источником, что даже нашло отражение в туркменской литературе (поэме Чары Аширова «Ганлы сака» - «Кровавый водораздел»). А что уж говорить о кочевом или отгонном скотоводстве? Поэтому с древнейших времён и землепашец, и скотовод обращали свои взоры к высшим силам, прося ниспослать побольше влаги на изнывающую от жажды землю.

У туркмен основным хозяином-распорядителем небесных вод, их пиром-покровителем считался Буркут, к имени которого добавляли почтительное баба – дед, предок. И хотя Буркута не называли богом (это было бы не совсем удобно по отношению к единому мусульманскому Аллаху, которому Буркут якобы подчинялся), тем не менее, он вместе со своим доисламским именем сохранил и все основные функции древнего божества. Буркут мог дать дождь, а мог и не дать – как заблагорассудится. Ему подчинялись тучи, которые он мог при желании хорошенько отстегать плетью-камчой. Слёзы их проливались на землю дождём, для большинства регионов Туркменистана, страдающих от засухи, как правило, долгожданным.

Поэтому ещё в сравнительно недавнем прошлом и весной, скудной дождями, а ещё больше жарким летом, то у одного, то у другого селения можно было увидеть такую картину. На вершине какого-нибудь холма жалобно блеял привязанный козёл (иногда баран), оставленный здесь под палящим солнцем без пищи и питья. Животное это являлось жертвой Буркуту, и своим жалобным блеянием должно было привлечь его благосклонное внимание. Если в течение одного-двух дней случайно набегали тучки, и выпадал дождь, жертву резали и в честь Буркута устраивали коллективную трапезу. Если дождь не выпадал, поступали чаще всего (хотя и не всегда) также: из-за одного животного портить отношения с Буркутом не стоило.

О Буркуте существует немало легенд. В некоторых из них довольно ясно выступает его борьба, как доисламского божества, с пришедшей в Среднюю Азию новой религией – исламом, с самим мусульманским Аллахом, которому он, в конце концов, вынужден был подчиниться, но лишь формально. В целом же для исследователя этот образ представляет немалую трудность, так как в нём, очевидно, переплелись различные верования и представления ряда ираноязычных и тюркоязычных народов. Однако сильнее всего в образе Буркута проявляется его связь с древними местными культами природы.

Не везде, однако, Буркут был в таком почете. Нередко под влиянием изменившихся под влиянием деятельности человека природно-экономических условий сознание наших предков порождало новые или хоронило старые, ставшие ненужными, божества. Так произошло и с Буркутом в древнем Хорезме, покрытом наиболее разветвлённой ирригационной сетью. Там на территории бывшего Калининского (ранее Порсинского) района Ташаузской области (ныне Дашогуский велаят) Туркменистана можно даже, при желании, увидеть «могилу» Буркута, зачисленную в разряд обычных святых мест. «Похоронили» же здесь Буркута, несомненно, потому, что обилие Амударьинской воды сделало его для местных земледельцев практически ненужным.

Но не только к помощи Буркута обращались в былые времены туркменские земледельцы и скотоводы. Были и специальные вызыватели дождя. Одним из последних можно упомянуть умершего в конце 20-х годов прошлого века Егеджана-Хаджи из Кызылатрекского района, о деятельности которого сохранилось немало рассказов. Взяв свой магический посох (хаса), он ложился на землю и, укрывшись с головой халатом, возносил молитвы к всевышнему о дожде. Интересно, что у тюрок-гузов или огузов, считающихся одними из основных предков туркмен, подобные вызыватели дождя отмечены историческими источниками ещё в Х веке. Правда, их основным магическим атрибутом был не посох, а некий таинственный камень яда. Производя определённые манипуляции с магическим камнем, они, как пишут средневековые авторы, могли вызвать и наслать на неприятеля грозовые тучи, приносящие сильный ливень или град, или, наоборот, разогнать их и прекратить осадки. Нетрудно заметить, что в роли, так называемых, ядачи выступали духовные предводители огузов – жрецы-шаманы, которых ещё не вытеснило мусульманское духовенство, так как процесс принятия ислама кочевой частью огузов завершился лишь в ХI веке.

Помимо непосредственного обращения к Буркуту и специалистам по вызыванию дождя, ещё в прошлом веке использовались и различные другие магические приёмы. Наиболее распространённым в Южном Туркменистане был следующий: на черепе животного писали имена сорока плешивых людей, знакомых пишущему лично или понаслышке, а затем череп бросали в воду. Считалось, что как только вода смоет надписи, пойдёт дождь. Любопытно отметить, что в соседней иранской провинции Хорасан также было распространено, хотя и несколько мусульманизированное, подобного рода суеверие, но с прямо противоположной целью. Так, например, известный иранский писатель и фольклорист ХХ века Садек Хедаят в своей книге «Нейрангистан»» пишет по этому поводу: «Для прекращения дождя собирают имена семи плешивых, берут нитку, завязывают на ней семь узлов, по числу плешивых, и вещают на стену, ориентированную в сторону Мекки». Использование имён плешивых, вызывающих насмешки у окружающих, да ещё нередко на бросаемом в воду черепе осла, должно было, как представляется, вызывать гнев повелителя вод, то есть того же Буркута, который и мог разразиться потоками с небес. Иное дело – бросание в воду олицетворяющих житейское благополучие людей дородных и богатых (баев), а также распорядителей водных ресурсов (мирабов). Здесь магическая подоплёка такой «жертвы» со знаком плюс довольно зрима.

Естественно, с обводнением всё больших территорий некогда засушливых земель Туркменистана, в чём особую роль сыграл протянувшийся почти по всему югу республики Большой Каракумский канал, строительство которого, начатое ещё в 50-е годы прошлого века, продолжается и в настоящее время, вышеописанные традиции в основном отошли в область исторического прошлого.

 

Сергей Демидов

Поиск по сайту:


Календарь:
2017     Сентябрь
П В С Ч П С В

 

 

 

 

123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930

 


Архив:


Общее   |  Журнал   |  Проeкты   |  Права человека   |  Литература   |  У соседей   |  Аналитика   |  История   |  Акции   |  Хроники   |  Хроники, часть 2   |  Хроники, часть 3   |  Хроники, часть 4   |  Хроники, часть 5   |  Фото   |  Пресса   |  Туркменбаши   |  Ссылки



За cодеpжание автоpcких матеpиалов и выcтуплений отвечают автоpы.
"Фонд "Туркменистан", 2002 - 2009